Введение

Проблемы медно-золотых порфировых и скарновых месторождений Талдыбулакской рудной зоны заключаются в весьма бедных содержаниях золота - основного компонента руды. Медь при эквивалентном пересчёте на золото незначительно увеличивает содержание золота в контурах разведочных блоков. Неоднозначна технология извлечения полезных компонентов. Весьма высокие капитальные затраты на разработку и переработку руд, высокие цены на золото, относительно мало затратная геотехнология открытых горных работ, значительные запасы руды и относительно благоприятные географические и геотехнические условия (близость основной транспортной и энергетической инфраструктуры, локализация полезных ископаемых в достаточно устойчивых магматогенных и скарновых породах) актуализируют необходимость оценки месторождений с точки зрения объединённой инфраструктуры: логистики организации управления, персонала, оборудования и транспорта, перерабатывающего комплекса. Длительный горизонт планирования позволяет в первом приближении рассмотреть вопросы объединённого медно-золотого комплекса с выводом объединённых ресурсов месторождений в разряд крупных для Кыргызстана [3,4].

Цель работы и задачи: рассмотреть потенциальную возможность вовлечения в эксплуатацию для макроэкономических эффектов от разработки месторождений бедных и сложных руд с отрицательной предварительной экономической оценкой на основе применения подходов - отказа от налогового режима, от валового дохода и введением в оборот категорий горной ренты, привлекательной для инвестиций за счёт погашения затрат и получения прибыли из технологической дифференциальной ренты II на инвестиции, нормирования прибыли и оценки косвенных платежей и экономических эффектов от разработки месторождения для страны владельца и региональных социально-экономических показателей.

Материалы работы базируются на предварительно разведанных золотомедных месторождениях скарновых и порфировых генетических типов. Расчётные показатели приведены по методу аналогий существующей практики в Кыргызской Республике и эмпирических данных оценки и анализа разрабатываемых месторождений.

Горно-геологические особенности месторождений бедных и сложных руд Акташ, Андаш, Талдыбулак

Ряд проявлений и месторождений медно-золотой минерализации входят в Кыргызско-Кунгейский рудный пояс Талдыбулакскую рудную зону с рудными полями Чонурское, Талдыбулак-Андашское и Акташское, включающими медно-золото-порфировые и скарновые месторождения и проявления.

Талдыбулак-Андашское рудное поле включает месторождения Талдыбулак, Андаш и мелкие рудопроявления Джангызтал, Коккия, Верхний и Нижний Кенташ. Оруденение золото-медно-порфирового типа штокверковое.

Акташское рудное поле объединяет 12 золоторудных объектов: Акташ, Тохтонысай и ряд рудопроявлений. Золото-скарновое оруденение в зонах эндо- и экзоконтактов массивов гранитоидов среднего ордовика, прорывающих осадочно-вулканогенные толщи кембро-ордовика.

Скарновое месторождение Акташ

Медно-золотое месторождение Акташ расположено на южных склонах Киргизского хребта в Таласской области.

Месторождение локализуется в пределах одноименного рудного поля и Талдыбулакского рудного узла в составе 11 проявлений и 9 месторождений скарнового и порфирового типов, приуроченных к региональному Тохтонысыйскому разлому и контролируемых этим разломом массивов гранодиоритов, гранитов верхнего ордовика и метасоматически измененных осадочных формаций нижнего, среднего ордовика (рис.1). Все рудные объекты рудного узла относятся к золотомедной рудной формации. Ресурсная база рудного узла (категории С1+С2+Р1) превышает 250 тонн по золоту, средние содержания золота - до 1,8 г/т, меди - до 0,5-0,6%.

Поисково-оценочные работы комбинированным методом горных работ и бурения скважин завершены в 1992 году. В последующие годы ряд компаний производили разведочные работы, последние из которых завершены в 2022 г. Оценка ресурсов произведена по коду JORK (SRK) и требованиям ГКЗ Кыргызской Республики. Оценка выполнена при бортовом содержании золота 0,25 г/т, цене золота 1860 $/унц. (с пересчётом меди и серебра на золотой эквивалент). Ресурсы по SRK составили: руда – 4072 тыс. тонн, золото (с медью) - 6,1 тонн, из них золото 5,1 тонн при содержании по эквиваленту 1,5 г/т. Ресурсы по категориям С1+С2 при бортовом содержании 0,5 г/т составляют 4,07 млн. тонн руды, 4,3 тонны золота при содержании 1,86 г/т.

Рис.1. Схематическая геологическая карта месторождения Акташ (Ярушевский Г.А. и др., 2005)

Золотомедное порфировое месторождение Андаш

Площадь месторождения (рис. 2) сложена вулканогенно-осадочными породами нижнего-среднего ордовика, прорванными гранодиоритами, гранодиорит-порфирами и диоритовыми порфиритами верхнего ордовика.

Гидротермально-метасоматические изменения на месторождении проявлены очень широко:

1. Контактово-метасоматический, связанный с внедрением гранодиоритовой интрузии (ороговикование, серицитизация, карбонатизация, хлоритизация, эпидотизация вмещающих пород).

2. Собственно гидротермально-метасоматический (окварцевание, калишпатизация, биотитизация, серицитизация, хлоритизация). Эти процессы развивались не только по минералам, закладываясь на контактово-метасоматические изменения, но, главным образом, выразились в образовании прожилково-вкрапленных скоплений и интенсивной проработке больших объемов пород. Наиболее интенсивное окварцевание, проявившееся в слиянии штокверковых кварцевых прожилков в сплошное кварцевое тело - кварцевые метасоматиты, с которыми исключительно связана золоторудная минерализация.

Рис.2. Схематическая геологическая карта месторождения Андаш (Ярушевский Г.А. и др., 2005)

Рудная минерализация в пределах месторождения концентрируется в трех рудных зонах: Северной, Средней и Южной. Северная и Южная рудные зоны по данным проведённых канавных и буровых работ практической ценности не представляют. Средняя зона, занимающая центральную часть площади месторождения, прослежена в широтном направлении на 2300 м при ширине от 100 до 300 м. По данным опробования в её пределах выделены рудные тела № 1, 2 и 3.

Распределение золотого оруденения связано с окварцеванием прямой зависимостью: чем интенсивнее развитие кварцевых прожилков и связанное с ними прокварцевание вмещающих пород, тем выше содержание золота. Анализ результатов опробования показал, что при степени интенсивности развития кварцевых прожилков 10 % и больше (что означает 10 прожилков на 1 м) контур окварцевания почти полностью соответствует контуру золоторудного тела с бортовым содержанием 2,0 г/т. В связи с тем, что наиболее интенсивное окварцевание развивается в центральной части трубки взрыва, золоторудная минерализация в поперечном разрезе образует концентрически зональное распределение сортов руд от более богатых в центре структуры к бедным в её периферических частях.

Геологические запасы месторождения Андаш представлены в таблице 1.

Таблица 1.

Запасы утверждены для налога с прибыли в 10%, при действующем в настоящее время налоговом режиме, прогрессивном от валового дохода, балансовые запасы не актуальны.

Золото-медь-молибденовое порфировое месторождение Талдыбулак

Месторождение Талдыбулак (рис.3.) приурочено к штоку диоритовых пород, прорывающему туфогенно-осадочные породы среднего ордовика. Последние представлены сильно измененными аргиллитами, алевролитами, песчаниками, гравелитами, туфами, порфиритами андезитового и андезито-базальтового состава. Эти образования около диоритового штока подвергнуты сильным гидротермальным изменениям: перекристаллизации, серицитизации, хлоритизации, эпидотизации, окварцеванию

Диоритовые рудоносные породы образуют шток и серию дайкообразных тел мощностью от 0,54 до 150 м, длиною от нескольких десятков до сотен метров, образующих как бы ореол вокруг штока в радиусе 2,5 км. Шток диоритовых пород в обнаженной части имеет длину около 1200 м и максимальную ширину 800 м. Форма штока очень сложная, контакты его неровные с многочисленными заливами. Диориты в пределах всей изученной части штока до глубины 500 м включают многочисленные ксенолиты вмещающих пород от сантиметров до 120 м в диаметре, количество которых может достигать до 70-80 % объема, составляя в среднем 30-40 %.

Прожилки продуктивного серого кварца в штокверке распределены неравномерно: от единичных прожилков в пределах десятков метров, до прожилковых зон, где на 1 пог. м количество прожилков может достигать 100-150 штук. Мощность таких зон колеблется от 1,0 до 20,0 м, протяженность до 150-300 м. В обшей массе пород количество кварца колеблется от долей процента до 50%, но чаще находится в пределах 3-7%. Статистическая обработка массовых замеров показала, что максимальное количество прожилков (19%) имеет мощностью 0,2 см, а прожилки мощностью 0,05-2,5 см составляют около 98% от их числа и 42% от жильной массы.

Рис.3. Схематическая геологическая карта месторождения Талдыбулак (Ярушевский Г.А. и др.,2005г)

На долю прожилков мощностью 2,5-10,0 см приходится всего 2% от их числа, но они дают 58% жильной массы штокверка.

Медная, золотая и молибденовая минерализация локализуется, в основном, в кварцевых прожилках и участках межпрожилкового окварцевания, образуя прожилково-вкрапленные зоны (струи) субширотного простирания.

Подсчет запасов руды и металлов по Главной рудной зоне выполнен статистическим методом на глубину 300 м в трех вариантах бортового содержания золота 0,5; 0,75 и 1,0 г/т.

Таблица 2. Геологические запасы месторождения Талдыбулак.

Показатели	Един. изм.	Бортовое содержание золота
0,5 г/т	0,75 г/т	1,0 г/т
Запасы руды	тыс. т	38185,2	22870,5	16227,4
Запасы золота	кг	42694,9	34474,8	28986,8
Запасы меди	т	76023,8	48498,9	36633,4
Среднее содержание:
золота	г/т	1,12	1,51	1,79
меди	%	0,20	0,21	0,23

Результаты и дискуссия

Для визуализации одного из методов генерирования денежных потоков при оценке месторождения использованы геологические особенности дискретного распределения полезного компонента, поддающегося рудоподготовке с концентрацией в товарную руда от 40% до 20% от эксплуатационной, минерализованных кусков руды с выходом в товарный продукт свыше 95% золота и меди. Возможности геотехнологических, технологических (рудоподготовка), управленческих (оптимизация бизнес-процессов), экономических (оборачиваемость и новых подходов к горной ренте) методов для инноваций достаточно широк [1,6,8,9,20].

Их исследования и разработка требует значительных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ на основе концепции дифференциальной горной ренты II, как собственность на инвестиции без налогового обременения [8,15,16,17,22].

Для месторождений бедных и сложных руд, предварительная оценка горной ренты, как прибыли в сравнении действующего налогового режима и без налогов, приведены в таблица 3. 

Совокупная горная рента оценивается как прибыль, разница доходов и затрат (капитальные и эксплуатационные) [18,20,21]. 

Таблица 3. Основные оценочные параметры месторождений.

Оценка дифференциальной ренты II принята как экономический эффект на формирование положительных денежных потоков от инновационной технологической, геотехнологической, операционной (бизнес-процессы по операциям - транспорт, оборудование, механизмы, производительность и др.) инвестиционной деятельности [1,3,4,14]. Для исследуемых объектов оценка произведена на основе первых качественных результатов сенсорной сортировки эксплуатационных руд, в процессе которой при рудоподготовке отсекаются безрудные и некондиционные куски (первичное и вторичное разубоживание). В результате при 95-99% концентрации полезного компонента в 40% товарной руды после сортировки, формируются новые экономические показатели проекта. В частности, сокращение на 60% капитальных и эксплуатационных затрат на золото-извлекающую фабрику, снижение объема перевозки руды, снижение затрат на содержание и обслуживание хвостохранилища и другие операции связанные с транспортировкой, переработкой, обогащением, извлечением полезного компонента. Данная операция приведена из ряда многих других возможных научно-технических и технологических инноваций, определяющих дифференциальную ренту II как собственность на денежные потоки для инвестора и фактор, определяющей мотивацию и поощрение развития научно-технических, опытно-конструкторских, инновационных работ инвестиционной компании и/или операционной компании для разработки бедных и сложных руд. Таким образом, из таблицы 4 для соответственно трех исследуемых месторождений рассмотрен и определен порог дифференциальной ренты II в 30,2%; 33,5% и 38,8%.

Рассматривая возможную организацию разработки месторождений бедных и сложных руд, выделяется категория «нормирование прибыли», исходящая из концепции эксплуатации рудников как инвестиционной компанией, так за счет собственного капитала страны-владельца, в том числе с возможностью привлечения операционной компании на условиях сервисного соглашения с риском (или без риска) или с долевым расчетно-договорным распределением рисков и дохода. 

Нормированная прибыль исчислялась по градации 10%, 20%, 30% и является расчетно-договорной как любое простое число, вплоть до дробного. Нормированная прибыль определяется потребностью в операционном рабочем капитале работы рудника с целью покрытия прямых, исчисленных, эксплуатационных и текущих капитальных (расширение, модернизация и поддержание) затрат. Подвижная расчетная шкала нормы прибыли позволяет как покрывать текущие затраты, так и применять коэффициент накопления для операционной и/или инвестиционной компании. Очевидно, начальная норма зависит от стоимости инвестиционного капитала как внешнего заимствования, так и собственных средств инвестиционной компании и/или собственника недр.

Так же нормирование прибыли имеет инвестиционный привлекательный эффект для инвестора и/или института заимствования. Диапазон нормирования прибыли подвижный в зависимости от стадии, этапа горного проекта с учетом сроков погашения заимствованного капитала.

При этом нормирование прибыли может иметь значения со знаком плюс или минус. В последнем случае определяется фактическое дотационное погашение отрицательных значений нормируемой прибыли. Расчет нормирования прибыли приведен в таблице 4 и выполнен на основе расчетов годового потребного капитала разработки месторождений. 

Ранее исследования возможности применения этой категории для эмпирического проекта Кумтор (добыча более 17 млн. унций золота) имели значения близкие к 10% [10,11].

Таблица 4. Параметры нормы прибыли и потребного капитала

Граница раздела горной ренты на премию за капитал (дифференциальная II в сумме с нормированной прибылью) и дифференциальная рента I собственника приведены в таблице 5, границы раздела [10,11].

Таблица 5. Оценка раздела границы горной ренты и премии за капитал

Таким образом, применение экономических категорий горной ренты и нормирования прибыли при исключении налогового режима позволяет оценивать потенциал месторождений с валовой рентабельностью выше нулевой отметки, как теоретически допустимые условия для разработки. Последнее может обуславливаться потребностями экономического развития страны, потребностями региональных социально-экономических аспектов (рабочие места, местные налоги, региональный внутренний продукт, рост потребления и др.).

Оценка горной ренты, дифференцированной горной ренты II, нормирования капитала при градации 10%, 20%, 30% были оценены на основе эмпирических данных разработки месторождения Кумтор с использованием фактических данных за период 1997-2011 и 2012-2020 гг. Геотехнология карьерная, разделение на периоды произведена с учетом цены на золото и значительными капитальными затратами в 1996 г. в 452 млн. $ и 383 млн. $ в 2012 г. Первая сумма является капиталом строительства и рабочий капитал, вторая сумма списание затрат на подземную инфраструктуру и расширение карьера. Премия на капитал, как сумма нормирования прибыли в 10% и 20%, дифференциальная рента II, соответственно, приведены в таблицах 6 и 7. Как видно из таблиц при условии института сервисного с инвестиционным риском, расчетные данные при 10% нормирования и фактические чистые денежные потоки за соответствующие периоды имеют расхождение от -9,1% до +5%.

Таблица 6. Расчетные границы раздела горной ренты на премию за капитал и ренту I, проект Кумтор, период 1997-2011гг. [10]

Таблица 7. Расчетные границы раздела горной ренты на премию за капитал и ренту I, проект Кумтор, период 2012-2020 гг. [10]

При этом, погашение капитала строительства и текущие годовые капитальные и эксплуатационные средства вышли в положительный денежный поток на пятый год в первом периоде и на второй год во втором периоде.

Введение категорий нормирование прибыли и дифференциальная рента II рассматривается как инструмент инновационной, научно-технической и экономической мотивации, привлекательности для инвестиционной компании при договорном режиме соглашения с риском и операционной компании (в первую очередь высокой производственной квалификации) по соглашениям без риска.

Разделение риска, возможно долевого участия инвестиционного капитала и страны-владельца ресурсов в диапазоне разделения доли в проекте, соответствующей доле в инвестиционном капитале, может рассматриваться от 0% до 100%.

Выше в таблице 5 для месторождений бедных руд оценка дифференциальной ренты I имеет отрицательное значение. При традиционном подходе подобные горные проекты не могут быть реализованы. В этой связи предлагается рассмотреть, как составляющую этого рода горной ренты для собственника ресурсов косвенные и прямые платежи в бюджет и экономику страны, предварительно именуемые «ценность для владельца ресурсов».

В таблице 8 приведены обобщенные значения косвенных и прямых выплат горного проекта Кумтор за период 1996-2020 гг., кроме прямых корпоративных и долевых налогов и платежей, в пользу государственного бюджета Кыргызской Республики (КР) по ряду соглашений. Приведены суммарные данные на основе годовых выплат за указанный период [11].

Таблица 8. Вывод относительных затрат оставленной стоимости, по проекту Кумтор, 1996-2020 гг.

Для оценки ценности ресурса для собственника недр, эмпирические данные таблицы 9 экстраполированы для горных оцениваемых месторождений, таблица 9. Оценка валовой рентабельности оставленной стоимости в денежном выражении достигает 40%-60% от дохода. При отрицательном значении 

Таблица 9. Ценность собственника ресурсов по оставленной стоимости

Концепция, категории, принципы договорного режима на основе соглашения сервисного типа с риском и/или без риска для оценки и разработки месторождений бедных руд.

А. Исходные положения:

* предварительная оценка условий разработки данных месторождений указывает на значительные отрицательные экономические эксплуатационные показатели(таблица 1).

Предложенная модель с премией за капитал на основе дифференциальной ренты II и нормированной прибыли с оценкой ценности разработки месторождений для экономики страны владельца по оставленной стоимости, таблица 10.

Таблица 10. Оценка экономики горных проектов на основе премии за капитал и ценности для собственника недр.

• законодательством Кыргызской Республики не предусмотрены условия возможности компенсаций для разработки с отрицательной рентабельностью, включая или без налогового режима;
• отмена или ограничение в применении налогового режима могут быть обусловлены только решением Правительства Кыргызской Республики, ратифицированное Жогорку Кенешем Кыргызской Республики - форма закона;
• специальное законодательство в условиях отсутствия прецедентов разработки в указанных условиях и параметрах не может быть разработано, включая регулирующие и управляющие нормативные акты. Следовательно, каждый из рассматриваемых объектов должен рассматриваться обособленно;
• риски подобных горных проектов по экономическим, горно-геологическим, технологическим и другим аспектам действующим законодательством о недрах в Кыргызской Республике возлагаются на инвестора;
• разделения долевой собственности на объекты должны сопровождаться пропорциональным риском сторон;
• категория горной ренты и ее составляющих - абсолютной ренты, дифференциальной ренты I и дифференциальной ренты II - не рассматриваются законодательством и нормами Кыргызской Республики;
• нормирование прибыли не рассматриваются законодательством и нормами Кыргызской Республики;
• долевая собственность в горных проектах с разделением продукции на условиях оценки рисков и отрицательных показателей экономики горного проекта не рассматривается в законодательстве и нормами Кыргызской Республики;
• геолого-экономическая, промышленная оценка месторождений с указанными параметрами не может быть произведена на основе применяемой практики оценки и подсчета запасов. Запасы месторождений не могут быть отнесены к балансовым и учтены государственным балансом, следовательно не могут быть распределены для разработки;
• выделение отдельного контура с доступными по экономическим соображениям запасам влекут за собой последствия в виде возможной интерпретации об избирательной добыче, что прямо противоречит принципам охраны недр в Кыргызской Республике.

Вывод: исходя из изложенных пунктов (не исчерпывающий список) исследуемые месторождения не могут быть объектом рассмотрения и вовлечения в эксплуатацию на основе действующего свода нормативно-законодательных актов Кыргызской Республики. Следовательно, предпринимательская деятельность с подобными объектами не имеют юридических последствий в случае инвестиционных вложений в их реализацию.

В. Концепция и внедряемые экономические категории:

• отказ от налогового режима при оценке и реализации проектов Акташ, Андаш, Талдыбулак;
• оценка и внедрение специальных экономических механизмов для этих горных проектов;
• регулирование этих проектов путем установления изолированного договорного режима гражданско-правового типа, санкционированного специальным актом законодательства на основе новых категорий и норм (оценка и расчетная методика горной ренты по родам, и нормы прибыли);
• отказ от судебного иммунитета государства в пользу юрисдикции международного арбитража при разрешении споров с инвесторами по таковым договорам;
• земельный отвод, выделенный как земли промышленности и наделение проекта готовым контуром, включая горный отвод;
• специальное договорное разделение платежей и местных налогов между республиканским и местным бюджетами для поддержки лояльности местных общин в ареале разработки;
• корпоративное управление проектами;
• применение расчетных параметров горной ренты, нормирования прибыли - премии за капитал;
• бизнес-процессы и оптимизация периода оборота рабочего капитала;
• разделение долевого участия и разделение рисков пропорционально доле инвестиций.

С. Специальные механизмы договорного регулирования проектов:

• горная рента;
• дифференциальная рента II, собственность инвестора, операциониста. Расчетная категория прироста прибыли на инвестиции за счет технологических инноваций;
• раздел дифференциальной ренты II от собственных оборотных средств и пропорционально доле в оборотных средствах;
• дифференциальная рента I. Собственность владельца ресурсов (Кыргызской Республики);
• нормирование прибыли. Расчетно-договорной параметр границы прибыли на капитал;
• повышенные нормы прибыли для до окупаемости заемного внешнего капитала;
• дополнительная прибыль (от рентабельности) за сокращение периода оборачиваемости оборотного капитала относится к дифференциальной ренте II;
• премия за капитал. Сумма горной ренты II и нормированной прибыли;
• соглашения сервисного типа с риском и\или без риска- инвестиционный договор;
• совокупный экономический эффект для Кыргызской Республики. Макроэкономические эффекты региональные и страновые. Оставленная стоимость;
• разделение продукта эксплуатации недр в денежном эквиваленте по долевому участию собственного капитала сторон;
• разделение риска долевого участия;
• отрицательные и положительные значения экономических параметров реализации горного проекта.

D. Принципы соглашений:

• прямого действия;
• автономного регулирования и управления горными проектами;
• соглашение как часть правовой системы Кыргызской Республики - законодательный принцип;
• прозрачность, включая исчерпывающий перечень обязанностей инвестора, не подлежащий расширительному толкованию;
• стабильность основных механизмов и договорных норм на период до завершения горных проектов.

E. Процедуры:

• геолого-экономическая (промышленная) оценка запасов месторождения;
• согласование ТЭО и/или экспертная оценка;
• расчетные параметры экономических показателей горного проекта, методом затрат (доходов) – затраты, доходы, прибыль. Горная рента, параметры прибыли с/или без учета налогового режима;
• научно-исследовательские и опытно-экспериментальные обоснования геотехнологий, геотехники, технологии извлечения, производительности и др. для определения дифференциальной ренты II;
• расчетные работы, обоснование параметров нормирования прибыли и премии за капитал;
• выбор организационной формы договорного режима: инвестиционный сервисного типа с риском или без риска, с учетом или без учета долевого участия сторон;
• выбор и обоснование операционной компании;
• корпоративное управление;
• разработка и обоснование бизнес-процессов геологического, горного, технологического, логистического и экономического аспектов;
• утверждение договора Правительством Кыргызской Республики, ратификация договора в парламенте Кыргызской Республики;
• разработка и обоснование банковского ТЭО;
• определение источника или источников финансирования.

F. Основные разделы, структура и форма инвестиционных соглашений сервисного типа(с риском и без риска).

Литература

1. Adamako S. et al. Sustainable environmental strategy, firm competitiveness, and financial performance: Evidence from the mining industry. Resources Policy, V.75, 2022, https://doi.org/10.1016/j.resourpol.2021.102515
2. Arbatli E. Resource nationalism revisited: A new conceptualization in light of changing actors and strategies in the oil industry. Energy Research & Social Science. 2018. Vol. 40. pp. 101–108.
3. Богатство недр России. Минерально-сырьевой и стоимостной анализ\науч. ред. Б.К. Михайлов, О.В. Петров, С.А. Кимельман\ СПб.: изд-во ВСЕГЕИ, 2008.
4. Борисович В. Т., Курбанов Н. Х., Заернюк В. М., Сейфуллаев Б. М. Практическое управление рисками на золотодобывающих предприятиях. Горный журнал. 2018. № 11. С. 70–75.
5. Зайцев А. У. Методический подход к обоснованию капитальных вложений золоторудных месторождений на основе удельных затрат. Журнал Горного института. 2019. Том. 238(4). стр. 459-464.
6. Ericsson M., Drielsma J., Humphreys D. Why current assessments of ‘future efforts’ are no basis for establishing policies on material use — a response to research on ore grades. Mineral Economics. 2019. Vol. 32. pp. 111–121.
7. Guibin Luo, Li Zheng, Queling Zeng. Natural resources perspective of economic performance: Streamlining mineral resources as a path to sustainable development. Resources Policy, Volume 86, Part B, October 2023. https://doi.org/10.1016/j.resourpol.2023.104236
8. Кимельман С.А. Горная и ценовая рента в современной российской экономике. Вопросы экономики, №7, 2010 г. с. 52-64.
9. Клименко В.А., Карпович Ю.В. Теория поиска ренты: экономической ренты. Экономическая наука сегодня. 2020, №11, стр. 37-42
10. Курманалиев К.З. Обзор, анализ эмпирического опыта горного проекта золоторудного месторождения Кумтор, 2021 г. https://analitika.akipress.org/news:5660/rus (accessed: 18.08.2022).
11. Kurmanaliev K.Z. et al. Сollisions of subsoil ownership in a transitional economy by the example of modern Kyrgyzstan. Eurasian Mining,2023,№2.
12. Лисачев А.Н. Проблемы распределения горной ренты в современной России. Горная книга. Горный информационно-аналитический бюллетень. Отдельный выпуск 4, 2012г. с.170-177.
13. Мирьин Е.В. К вопросу о рикардианской ренте. Economy and Business, №6-2(88), 2022,с.39-41. DOI: 10.24412/2411-0450-2022-6-2-39-41.
14. R. Narula. Multinational firms and the extractive sectors in the 21st century: Can they drive development? Journal of World Business, Volume 53, Issue 1, January 2018, Pages 85-91, https://doi.org/10.1016/j.jwb.2017.09.004
15. Разовский Ю.В. Горная и другие виды ренты (классификация) // Горный информационно- аналитический бюллетень № 2, 1995.
16. J. Shi, Y.Liu et al. The role of economic growth and governance on mineral rents in main critical minerals countries. Resources Policy, V.83, 2023, https://doi.org/10.1016/j.resourpol.2023.103718
17. E.R. Sadik-Zada. Resource rents, savings behavior, and scenarios of economic development. Resources Policy, Volume 81, March 2023, https://doi.org/10.1016/j.resourpol.2022.103258
18. M. Shanbaz et al. Foreign direct Investment–CO2 emissions nexus in Middle East and North African countries: Importance of biomass energy consumption. Journal of Cleaner Production, Volume 217, 20 April 2019, Pages 603-614, https://doi.org/10.1016/j.jclepro.2019.01.282
19. Цхададзе Н.В., Иоселиани А.Д. Земельно-рентные отношения: от классиков до современности. Вестник Московского университета МВД РФ. 2019, №2, с. 219-226, DOI 10.24411/2073-0454-2019-10107
20. Шаталов С. Д., Пинская М. Р., Прокаев В. А., Цаган-Манджиева К. Н. Концепция рентного налогообложения добычи и извлечения твердых полезных ископаемых // Финансовый журнал. 2023. Т. 15. № 3. С. 9–24. https://doi.org/10.31107/2075-1990-2023-3-9-24.
21. O. Zalle. Natural resource rents and regime durability: Identifying cross-country durability regimes. Resources Policy, Volume 81, March 2023, https://doi.org/10.1016/j.resourpol.2023.103318
22. Яцкий С.В. Проблемы стоимостной определенности ренты. Проблемы современной экономки, №3(67), 2018, с.86-90

Авторы: 

Коробовский Н.В. 

Рахматов С.Н. 

Пазылов Т. 

Курманалиев К.З.