Добавить статью
11:59, 1 августа 2022 2352

Русский язык как субъект языковой политики в Кыргызстане (30 лет постсоветской эпохи)

Под языковой политикой мы понимаем процесс реализации государственной концепции, направленной на сознательное регулирование стихийных языковых процессов посредством мер идеологического, императивного, образовательного, финансового и иного содержания.

Языковой вопрос в нынешнюю эпоху становится краеугольным камнем политики государства. Как свидетельствуют события, которые происходили и происходят в постсоветских странах, он, как правило, являлся тем триггером, который запускал в действие различные механизмы, приводящие к росту национального сознания людей, изменению ценностных ориентиров, а также к выбору политического вектора развития государства.

В этом отношении не исключения и Кыргызстан, для которого характерны такие же языковые коллизии, как и в других государствах. Вопрос о государственном языке нередко используется различными политическими движениями для достижения не всегда благовидных целей, а отдельными личностями – для повышения собственного рейтинга.

Мы считаем, что языки могут быть, с одной стороны, объектом языковой политики и подчиняться мерам государственного регулирования, а с другой - в зависимости от своего внутреннего потенциала и творческой энергии обретать ту или иную степень субъектности.

Язык как естественный инструмент коммуникации и познания мира может выступать субъектом в тех случаях, когда он благодаря своей мощной когнитивной ресурсной базе и функциональному потенциалу активно воздействует на умы и сознание людей и, открывая для них новые возможности, становится привлекательным. В этой связи примечательны мысли В. фон Гумбольдта , что “язык не есть мертвый часовой механизм, но живое творение, исходящее из себя самого...” [1, с.275] , а “подлинное достоинство языка состоит в том, чтобы подталкивать человеческий дух на всем протяжении его развития к упорядоченной деятельности и к развертыванию всех его способностей” [1, с.179] .

С этих позиций не все языки равновесны, и наибольшим потенциалом обладают те из них, средствами которых представлена современная научная картина мира. В ином положении находятся малые языки, как киргизский, которые, как писал М. Уэст, известный ученый-методист, носители «малых языков» должны знать, помимо своего родного языка, еще и язык большого народа для приобщения к мировой культуре, науке и технике [2, с.105]. Такой путь неизменно приводит к двуязычию этноса.

Субъектность языка можно формировать и поддерживать двумя способами: 1) императивными мерами государственной политики; 2) целенаправленным обогащением и укреплением ресурсной базы языка, расширением и углублением сфер его применения. Рассмотрим с точки зрения наличия и формирования субъектности языки, которые функционируют в Кыргызстане, прежде всего - киргизский и русский.

Для того чтобы определить место русского языка как одного из ведущих субъектов языковой политики Кыргызской Республики, необходимо осуществить системный подход к решению данного вопроса и рассмотреть его вкупе и взаимодействии с другими языками, функционирующими в Кыргызстане, и первую очеред, с государственным языком – киргизским. Только в контексте такого взаимодействия можно с высокой долей объективности описать место и роль русского языка в общественной жизни и ментальном сознании жителей Кыргызстана.

В этой связи обратимся к анализу политики в отношении государственного языка. Учитывая настроения народных масс и языковую ситуацию в стране, сложившуюся после горбачевской перестройки, 23 сентября 1989 года Верховный Совет Киргизской ССР принял Закон “О государственном языке”, который стал одним из важных шагов в сторону суверенизации страны. За 30 лет независимого развития Кыргызстана государственный язык получил в стране всемерную поддержку благодаря принятию целого ряда законодательных актов и поправок в редакцию закона Кыргызской Республики “О государственном языке Кыргызской Республики”, направленных на сохранение и развитие киргизского языка [3].

Как пишет Б.К. Абытов, “для полноценного функционирования кыргызского языка как государственного во всех сферах общественной жизни страны со стороны государства обеспечиваются все условия для развития потенциала кыргызского языка, расширения его применения в общественно-политической, экономической, производственной, культурной, научной и других сферах деятельности” [4].

Языковая политика в Кыргызстане в отношении государственного языка была направлена на решение следующих задач: 1) повышение его интегрирующей роли в обществе и процессе самоидентификации граждан страны; 2) расширение сфер применения в общественной жизни, социально-экономической, культурной, научно-образовательной деятельности людей и др.; 3) создание условий для использования как языка межнационального общения; 4) поэтапный перевод делопроизводства в стране на государственный язык.

Для оперативного решения этих вопросов и объединения усилий государственных и общественных организаций по продвижению кыргызского языка в 1998 году был учрежден специальный государственный орган – Национальная комиссия по государственному языку при Президенте Кыргызской Республики. Важно отметить, что, согласно Положению, председатель Национальной комиссии и его заместитель назначаются на самом высоком государственном уровне – Президентом Кыргызской Республики. Это дает комиссии достаточно широкий круг полномочий для реализации государственной политики в области государственного языка.

Деятельность Национальной комиссии по продвижению кыргызского языка можно разделить на две важные составляющие: 1) реализация императивных мер государственной политики; 2) организация непосредственной деятельности по созданию надлежащих условий и усилению мотивации к изучению национального языка. За 23 года существования Национальной комиссии сменилось 12 ее руководителей, что свидетельствует об отсутствии устойчивой и долговременной концепции продвижения государственного языка. Пост председателя занимался в большинстве случаев бывшими государственными чиновниками или партийными функционерами, которые имели весьма отдаленное представление о реальных мерах по укреплению позиций государственного языка и проведению языковой политики в стране.

Вполне понятно в этой связи, что Национальная комиссия пошла по пути наименьшего сопротивления и занялась главным образом составлением и инициированием многочисленных законодательных актов и поправок к функционирующему Закону о государственном языке, т.е. мерами императивной поддержки его субъектности. Между тем системная и каждодневная работа с киргизским языком как предметом научного описания и преподавания, с одной стороны, и человеческими ресурсами как объектом коммуникативного воздействия, - с другой, оставалась в стороне.

Не случайно в Кыргызстане до сих пор нет профессиональных научных журналов об исследованиях по актуальным вопросам киргизского языкознания, научно-методических изданий по методике преподавания киргизского языка как в школах с кыргызским, так и с русским, узбекским и другими языками обучения. Такие издания позволили бы объединить усилия научной и педагогической общественности на укрепление и развитие государственного языка. С большим сожалением отмечаем, что в Кыргызстане до сих пор не создано профессиональное объединение преподавателей киргизского языка по типу Международной ассоциации преподавателей русского языка и литературы (МАПРЯЛ), как нет и специального научно-исследовательского и просветительского института по изучению и продвижению киргизского языка. Редко проводятся конференции и форумы ученых, школьные и вузовские олимпиады, конкурсы, выставки по киргизскому языку. Решение всех этих вопросов стало бы мощным рычагом по укрепление субъектности киргизского языка, наделило бы его творческой энергией.

Языковая политика, проводимая Национальной комиссией, не учитывает того объективного факта, что государственный язык функционирует не изолированно, а в условиях сложившейся культурно-исторической реальности, в тесном взаимодействии с другими языками и культурами, представленными в Кыргызстане. Отметим, что киргизский язык, как система и всякий живой организм, в эпоху глобализации является частью мирового коммуникативного и информационного пространства. Что было и прежде, он активно пополняется новыми словами и терминами из других языков главным образом лексическими единицами, заимствованными из русского языка и через русский язык. Киргизский и русский языки, как и в советское время, продолжают взаимодействовать по принципу “сообщающихся сосудов”, а русский язык остается основным средством доступа к новым знаниям и технологиям.

Перекрыть этот источник – это значит привести к катастрофическим последствиям, так как русский язык и культура, как медиум, связывающий киргизский этнос с мировой цивилизацией, несут огромный гуманитарный заряд, закладывая у народа Кыргызстана основы евразийского видения и оценки мира.

Между тем Национальная комиссия, которая реализует политику государства в области языкового регулирования, старается максимально дистанцироваться не только от действительной языковой ситуации в стране и мире, но и от жизненных запросов граждан и их ментального сознания. Конечно, сложно заменить родной язык и культуру, но и национальная ограниченность гибельна как для отдельной личности, так и для нации – исторической личности [5, с.43]. Такой подход неизбежно приводит к тупику, к выбору императивных методов языковой политики, к вытеснению других языков и культур из коммуникативного пространства.

Социологические исследования, проведенные в 2021 году на предмет изменения языковой ситуации и положения русского языка в течение 30 лет суверенного развития страны, отчетливо демонстрируют, что граждане Кыргызстана, как и прежде, высоко оценивают роль русского языка в коммуникативной и научно-образовательной сфере. Более 90% респондентов отметили, что русский язык им крайне необходим. Об этом свидетельствует и тот факт, что при возможности родители стараются определить детей в школы с русским языком обучения, в которых число учащихся в одном классе нередко превышает 50 человек. Если исходить из того, что каждый третий школьник (более чем из 1,2 млн. учащихся) обучается в русских классах, то естественно предположить: для трети граждан Кыргызстана русский язык является родным, благоприобретенным языком, несмотря на то, что процент славянского населения составляет всего лишь 7%.

Русский язык, таким образом, стал важной частью языкового сознания многих кыргызстанцев, которые сохраняют способность воспринимать и оценивать жизненные факты и события через призму русского языка и русской культуры. Поэтому киргизы, в частности мигранты, легко понимают ментальность русского человека, принимают его ценности и легко адаптируются к российской действительности [6].

Положительное отношение жителей Кыргызстана к русскому языку, признание его как эффективного и проверенного временем средства формирования человеческого капитала у подрастающего поколения, средства доступа к новым научным знаниям и технологиям, а также к мировому информационному пространству стали тем немаловажным фактором, благодаря которому русский язык в Кыргызстане 29 мая 2000 года получил конституционный статус официального языка [7]. Отрадно отметить, что высокий статус русского языка и его субъектность были подтверждены Конституцией Кыргызской Республики, принятой 5 мая 2021 года, где в статье 13 записано, что “в Кыргызской Республике в качестве официального используется русский язык” [8].

Субъектность как киргизского, так и русского языков поддерживается еще одним обстоятельством: несмотря на то, что ряд государств Центральной Азии перешли на латинскую графику письма (Туркменистан, Узбекистан, Казахстан), Кыргызстан остался приверженцем кириллицы; это обеспечивает его гражданам тесную интертекстуальную связь смысловых пространств киргизского и русского языков. Отсутствие единой графики разрушает естественно установившиеся связи и отношения не только между разными языками и культурами, но даже в языке одного этноса, сокращая степень его субъектности. Примером тому может служить узбекский язык в Кыргызстане, (пользующийся кириллицей), который утрачивает свою субъектность по причине перехода Узбекистана на латиницу.

Тем не менее приходится констатировать, что престиж русского языка, его субъектность и привлекательность для граждан Кыргызской Республики поддерживаются главным образом научно-образовательными и информационными ресурсами русского языка, но отнюдь не языковой политикой, направленной на поддержку русского языка. Скорее, наоборот, за последние десятилетия в Кыргызстане можем наблюдать, как постепенно сужается присутствие русского языка в образовательной системе страны. Выражается это в том, что почти наполовину сократилось количество часов в учебных планах для школ и вузов, отводимых на изучение русского языка, реже организуются воспитательные и познавательные мероприятий в школах с киргизским и другими языками обучения.

Опрос, проведенный в онлайн-режиме при помощи программы Google-Form среди учителей русского языка и литературы, позволил выявить наиболее значимые проблемы в преподавании русского языка в республике. В анкетировании приняли участие 45 человек. Они обозначили вопросы, решение которых во многом зависит от государственной поддержки русского языка. Это сокращение количества часов в учебных планах, слабая обеспеченность школ учебниками и методической литературой, низкое качество преподавания, переполненность классов, нехватка учительских кадров по русскому языку, невысокая зарплата и др.

Несмотря на это, русский язык в Кыргызстане все же получает поддержку со стороны Киргизско-Российского Славянского университета, где открыт и активно работает Институт русского языка им. А. О. Орусбаева, выпускается информационно-аналитический журнал «Русское слово в Кыргызстане». Кроме того, отрадно отметить, что благодаря помощи российской стороны продолжает издаваться научно-методический журнал «Русский язык и литература в школах Кыргызстана», который имеет более чем 60-летнюю историю.

В стране складывается довольно парадоксальная ситуация. С одной стороны, как показывают исследования, у жителей страны наблюдается высокая степень мотивации к изучению русского языка и русской культуры, несмотря на активные усилия по культивированию и внедрению других языков – английского, турецкого и китайского, и др.; с другой - языковая политика государства, которая идет вразрез с интересами его граждан и представляется несколько однобокой, поскольку в целом она направлена на продвижение одного языка – государственного, без учета его взаимоотношения с другими языками и культурами, в первую очередь с русским языком.

Проведение такой политики и создание Национальной комиссии при Президенте КР для ее реализации было оправдано еще на заре становления государства, когда необходимо было утвердить киргизский язык как один из важнейших символов идентификации нации и страны Но вот минуло 30 лет суверенного развития Кыргызстана, и сейчас страна признана мировым сообществом как субъект международного права. Ныне наступило время обратиться непосредственно к насущным запросам граждан страны, к потребностям миллионов ее граждан, которые работают за пределами страны, в большинстве своем в России, иначе говоря, прислушаться к тем, кому нужен не только свой родной язык, но и другие мировые языки. «В такой многонациональной стране, как Киргизия, - пишет А. О. Орусбаев, - на острие национально-языковой политики стоят вопросы языкового регулирования, и их позитивное решение возможно лишь при условии полного учета аксиологических характеристик, коммуникативной и общественной функций киргизского (государственного) языка, так и русского (официального) языка» [9, с.3].

В языковой политике Кыргызстана сложилось превратное понимание того, что национальная сплоченность может происходить только на основе одного языка – государственного. Однако надо пересмотреть под другим углом понятия национального, самобытного и суверенного. Вот что говорит об этом Ч. Айтматов, великий писатель и провидец: «Но почти всегда, когда речь идет о национальном, мы почему-то больше оглядываемся в прошлое. Нет, национальное своеобразие – это не только совокупность национальных черт, идущих из глубин веков. В понятие национального входит не только устоявшееся, проверенное временем, не только сложившийся опыт минувшего, но и новое, рожденное современной действительностью» [10, с.112].

Следовательно, национальное кроется не только в культурно-историческом прошлом, но и в том, какую позицию занимает этнос по отношению к современному миру. Национальное – это не нечто застывшее во времени, а динамичный процесс обретения собственной самобытности во взаимодействии с другими языками и культурами. В понятие включается не только прошлое, но и то новое, что перенимаем у других народов и включаем в систему ценностей нации. Ограничив себя исключительно рамками собственного языка и культуры, можно скатиться к национализму и отстать от современной цивилизации.

Таким образом, не только язык определяет гражданскую идентичность и воспитывает патриотизм, но, прежде всего, это связано с человеческим чувством осознания себя гражданином собственной страны, как это происходит с американцами, британцами, австралийцами, белорусами, швейцарцами и др. Такой подход к языковой политике обеспечивает более тесную консолидацию граждан государства. В то же время гипертрофирование языкового вопроса нередко приводит к искусственному расслоению общества, что становится источником общественных конфликтов.

В дискурсе национально-патриотически настроенных радикалов Кыргызстана смысловое противопоставление получило даже языковое выражение в паре “кыргыз” и “киргиз”. Для них кыргыз – это человек, который говорит только на киргизском языке, свято блюдет национальные обычаи и традиции, а киргиз – это тот, кто “подпорчен” другими языками и культурами.

Кыргызстан в процессе суверенного развития подошел к тому рубежу, когда следует пересмотреть содержание и заново расставить акценты в языковой политике с учетом объективной реальности и запросов жителей страны. Реальная действительность такова, что интересы государственного строительства, с одной стороны, и граждан страны как индивидуальных языковых личностей - с другой, в подавляющем большинстве не совпадают. Если государственный интерес заключается в том, чтобы способствовать сохранению и развитию киргизского языка как одного из ведущих символов государственности, использовать его для единения нации, то каждый родитель, понимая, что ресурсов киргизского языка крайне недостаточно для формирования конкурентоспособной личности, стремится открыть для своих детей более широкое “окно возможностей” путем приобщения к мировым языкам и культурам и в первую очередь к русскому языку.

В этой связи стоит задача гармонизировать эти два вектора движения в процессе проведения языковой политики исходя из того, что консолидация общества может происходить не только на основе одного языка и одной культуры, но и и с учетом того, что русский язык за годы нахождения в рамках союзного государства вошел в кровь и плоть многих граждан Кыргызстана. Отношение к русскому языку у граждан Кыргызстана весьма положительное, и они воспринимают его не чужим, а другим, привычным для многих поколений кыргызстанцев языкововым кодом, который помогает входить и осваивать ценности современного мира.

В этой связи целесообразно языковую политику страны направить в такое русло, где происходил бы активный диалог языков и культур, направленный на гармонизацию интересов государственного строительства и граждан страны. Современная эпоха глобализации отмечена значительным усилением межгосударственных миграционных процессов, перемещением рабочей силы, расширением и взаимобменом информационными потоками и др. Все эти процессы в коммуникативном отношении не могут быть обеспечены ресурсами одного языка. Особенно остро это вопрос стоит в отношении носителей малых языков, каким является киргизский язык.

На наш взгляд, острие языковой политики в Кыргызстане следует направить на культивирование билингвизма с компонентами “киргизский – русский и/или другие языки” исходя из понимание того, что в современном мире двуязычие не исключение, а норма. Специалисты утверждают, что в современном мире к 2021 году процент говорящих на двух и более языках превысил 60-70%. Обращает на себя внимание факт, что концептуальная база билингва шире и объемнее концептуальной базы монолингва, благодаря чему усиливается синергетический эффект процесса познания и переработки информации о мире как результат суммирующего взаимодействия двух языков и культур.

Билингвизм открывает широкие перспективы для формирования людей новой генерации, которые, бережно относясь к родному языку и культуре, дополнительно владеют еще одним языком как эффективным инструментом коммуникации и познания мира в тех областях знания, где менее применим родной язык. Кроме того, двуязычие граждан нашей страны позволяет государству проводить рациональную языковую политику, гармонизировать отношения между государственным, официальным и другими языками.

БИБЛИОГРАФИЯ

1. Гумбольдт В.фон. Избранные труды по языкознанию: Пер. с нем. / Общ. ред. Г.В. Рамишвили; Послесл. А.В. Гулыги и В.А. Звегинцева. — М.: ОАО ИГ «Прогресс», 2000. – С. 275.

2. Цитируется по книге: Методика преподавания иностранных языков: общий курс: [учеб. пособие] / отв. ред. А, Н. Шамов. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: АСТ: АСТ МОСКВА: Восток - Запад, 2008. – С. 105.

3. Закон Кыргызской Республики «О государственном языке». – Бишкек, 1989; Указ Президента Кыргызской Республики «О дальнейшем развитии государственного языка Кыргызской Республики» от 20 января 1998 года № 21; Указ Президента Кыргызской Республики «О программе развития государственного языка Кыргызской Республики на 2000-2010 годы» (от 20 сентября 2000 года № 268); Новая редакция Закона Кыргызской Республики «О государственном языке Кыргызской Республики». – Бишкек, 2004; Постановление Правительства Кыргызской Республики «О 25-летии Закона «О государственном языке Кыргызской Республики» от 13 августа 2014 г.; Указ Президента Кыргызской Республики от 2 июня 2014 года (№ 119) “Национальная Программа развития государственного языка и совершенствования языковой политики в Кыргызской Республике на 2014-2020 годы”; О внесении изменений в постановление Правительства Кыргызской Республики "Об утверждении Программы развития государственного языка и совершенствования языковой политики в Кыргызской Республике на 2021-2025 годы" от 1 октября 2020 года № 510

4. Абытов Б.К. Государственная политика поддержки, сохранения и развития кыргызского языка. – URL: https://www.kas.de/documents/279755/279804/L%C3%A4nderbericht+Kirgisistan+Staatssprache.pdf/d5d62284-0fc1-c864-2f55-7c2c5fe14536?version=1.0&t=1594194786702

5. Волков Г.Н. Этнопедагогика как педагогика национальной школы и семьи // Magister: междунар. журнал по проблемам об¬разования. 2001. № 1. – С.43.

6. Тагаев М.Дж. Диалог языков и культур (на материале функционирования и взаимодействия культурно-языковых пространств киргизского и русского языков. – Бишкек: КРСУ, 2019. – С.41-42.

7. Закон Кыргызской Республики «Об официальном языке Кыргызской Республики». URL: https://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=214

8. Конституция Кыргызской Республики. – URL: http://cbd.minjust.gov.kg/act/view/ru-ru/112213?cl=ru-ru

9. Орусбаев А.О. Русский язык как этнокоммуникативный компонент дву- и многоязычия в Кыргызстане. – Бишкек: КРСУ, 2003. – С. 3.

10. Айтматов Ч.Т. Чудо родной речи // Статьи, выступления, диалоги, интервью. М.: АПН, 1988. – С. 112.

Стилистика и грамматика авторов сохранена
Добавить статью
Комментарии будут опубликованы после проверки модератором

×