Предвыборные программы критикуют за то, что нет главной объединяющей идеи
Предвыборные программы критикуют за то, что нет главной объединяющей идеи
Улан Кыдыралиев, экономист
В связи с предвыборной ситуацией в последнее время появилось множество программ развития экономики страны, а также, соответственно, их критика. В программах, как обычно, перечисляются приоритетные отрасли и направления, ожидаемые результаты и цели.

Оппонентами все это критикуется на следующих основаниях:

1. Выбраны не те отрасли и направления.

2. Нет конкретики (где цифры и проценты?).

3. Методы или теории, на которых основана программа уже вышли из моды.

4. Нет главной объединяющей идеи.

Не буду касаться трех первых пунктов — они носят в основном технический характер, и попробую сформулировать требования по четвертому, т.к. обычно здесь, кроме критики, нет конкретных встречных предложений.

С мнением, что у любой программы развития должна быть основополагающая идея, согласятся все. Но не всем понятно, какой она должна быть. Большинство авторов провозглашают идеи-цели: вдвое увеличим ВВП за 10 лет, добьемся ежегодного роста ВВП в 10 процентов, за 5 лет повысим благосостояние граждан на 100 процентов и т. д. Эти цели конечно же благородные, но, несмотря на приведенные вроде бы конкретные показатели, носят декларативный характер, хороши для митингов, но не подходят для рабочей программы.

Часто идею программы путаем с ее теоретической, методологической основой: программа дерегулирования, кластерный подход, комплексное развитие, «локомотивы» роста и проч. Или пытаемся переложить опыт других успешных стран на кыргызский лад: вода лучше нефти, Кыргызстан — страна туризма, натуральных продуктов, чем наши программисты хуже индийских... Но самая «наинаучнейшая» теория или удачный опыт из практики страны «в точь-точь схожей с Кыргызстаном» не будет работать сама по себе, не станет уже готовой рабочей программой.

Основой любой экономической программы должно быть решение определенной актуальной проблемы. Для нашей страны на ближайший период в 10-15 лет бесспорным лидером повестки дня, конечно же, является низкий уровень ВВП и бедность населения. Но, как уже выше отмечалось, рост ВВП или повышение уровня благосостояния граждан - глобальные, слишком обобщенные цели, и дают излишнюю волю для фантазий составителей и исполнителей.

В случае с Кыргызстаном отправная точка/база настолько низкая, что даже говорить о каких-то процентах роста не совсем корректно (например, какой был рост в таком - то году при феодализме?). Мы еще не задействовали такие первичные, основополагающие факторы и ресурсы экономического роста, как рабочая сила и земля. Ведь любая система в своем развитии вначале идет по пути наименьшего сопротивления — вширь (экстенсивное развитие), потом уже, исчерпав наиболее доступные (дешевые) ресурсы, вынуждена искать пути качественного развития, интенсификации. Кто будет покупать хлопкоуборочный комбайн, если дешевле и привычней нанять за бесценок сотню-другую сезонных рабочих, или рисковать десятками тысяч долларов на покупку закройного автомата, если в избытке предложение людей-закройщиков?

Разберемся вначале с рабочей силой. По официальной статистике 2016 года («Кыргызстан в цифрах») в стране население в трудоспособном возрасте составляло 3,6 млн человек, из них числились занятыми 2 363 тыс. человек, а безработными - 184 тыс. человек. В оставшийся 1 млн, полагаю, входят нетрудоспособные по различным причинам, трудовые мигранты и нежелающие работать. Оставим их. Но даже в этом случае кажется чрезмерно радужным показатель безработицы в 7,2%. Произведем на выбор несколько простых расчетов на основе цифр из этого статистического сборника:

1. Там указано, что в строительстве занято 283 тыс. человек, а объем строительных работ составил 39 085 млн с., что в пересчете на одного занятого составляет 138 тыс. с. в год. Получается, что один строитель в месяц производил работ меньше чем на 12 тыс. сомов, а если убрать стоимость материальных расходов (ок. 70%), то всего 3,5 тыс. с.

2. Такая же ситуация складывается в легкой промышленности (2014 г.): 53 тыс. занятых, объем производства — 5 521 млн с., на одного человека — 8,7 тыс. с. вместе с материалом (один человек шьет за один месяц всего один костюм).

Так же в торговле и услугах было занято 369 тыс. человек, сельском хозяйстве — 633 тыс., на транспорте - 168 тыс. (Не вызывают сомнения, разве что, данные по госучреждениям, здравоохранению и образованию, в общем 420 тыс. человек.)

Откуда взялись такие цифры по занятым в различных отраслях? Ясно, что в их число вошли и сезонные строители, работающие всего 2-3 месяца в году, и работницы простаивающих цехов, частники на своем авто, подрабатывающие по выходным. Почти все сельские жители, которые составляют более 60% населения, записаны собственниками земли и фермерами, и независимо от размера их земельной доли, даже самой крохотной, уже не могут быть причислены к безработным.

Поэтому, чтобы определить истинный уровень безработицы в Кыргызстане нам нужно оперировать понятием «скрытая безработица». Скрытой безработицей называют ситуацию, когда работник помимо своего желания занят менее 60 (по разным методикам от 50 до 70) процентов законодательно установленного рабочего времени. В этом случае значительное количество занятых в указанных выше отраслях можно относить к безработным.

Этот вывод, сделанный на основе «статистического» метода, можно подкрепить и следующими «макроэкономическими» соображениями. Доля трудоспособных в Кыргызстане составляет 60% от всего населения, это 3,6 млн человек. Отсюда убираем 1 млн мигрантов, домохозяек, нежелющих работать. Из оставшихся 2,6 млн более 60% (1,6 млн) живут на селе. Даже если вычтем отсюда 0,5 млн занятых на госслужбе, временных внутренних мигрантов, то получается, что оставшийся 1,1 млн сельских жителей занимается сельским хозяйством. По практике развитых стран в сельском хозяйстве работают 1,5-2% всего занятых (из 2,6 млн), то есть у нас должно было бы быть 50 тыс. человек. С учетом десятикратно низкой производительности труда — 500 тыс.

Тогда получается: официально безработных 180 тыс. человек, скрытых безработных на селе — 600 тыс., из других отраслей — минимум 200 тыс., всего 1 млн безработных. Выводы вышеуказанных двух методов можно подтвердить (правда косвенно) еще и третьим, «налоговым» методом. У нас в стране платят пенсионные взносы всего 700 тыс. человек. Из 1,7 млн неплательщиков, конечно же, есть множество успешно скрывающихся или укрывающих, но все же думаю, что большинству удается убедительно основать, что они без работы.

Подытоживая наши наблюдения можно с довольно большой долей уверенности утверждать, что в Кыргызстане безработица составляет более четверти от трудоспособного населения (1 млн из 3,6). В то же время, если мы настроимся на оптимистическую волну, то это утверждение можно переиначить следующим образом: у страны огромный неиспользуемый трудовой ресурс.

Обратимся к нашему второму важнейшему ресурсу — земле. В Кыргызстане из-за отсутствия более-менее длительного капиталистического периода оказались не сформированными важнейшие неотъемлемые рыночные институты, и в т.ч. рынок земли. Нашей проблемой является не нехватка, не дороговизна, а именно невозможность на законных основаниях купить землю, вопиющее неравенство участников рынка. Кто-то, например, за большие деньги покупает земельный участок и строит жилой дом, а кому-то земля достается бесплатно. Как в этом случае возможна нормальная конкуренция, и кто из заграницы захочет инвестировать в наше жилищное строительство?

Или другая ситуация: для более-менее серьезного объекта нужен крупный земельный участок. В наших городах или пригородных зонах наблюдается сплошная чересполосица: государственные, муниципальные и частные земли перемешаны невероятно. И у каждого собственника свои заморочки: законодательные (трансформация, различные охраняемые зоны и т. п.), бюрократические, коррупционные, административные. У частников могут быть слишком высокие аппетиты (Куда денутся — все равно купят. Как, например, при реконструкции трассы через Боом (важнейшей, имеющей стратегический статус!) не смогли договориться с владельцами придорожных домов.), или свои, только им ведомые, планы, основания и капризы (бабушка ждет совершеннолетия новорожденного внука, чтобы подарить ему).

У какого инвестора хватит терпения, умения или желания продираться сквозь этот дремучий лес? В то же время, при надлежащем решении вопроса можно было бы обеспечить рациональное использование земли: в городах не было бы трущоб и пустырей или наоборот чрезмерной скученности, а сельскохозяйственные земли давали бы в разы больше продукции, в результате, начала бы расти стоимость земли и общая капитализация всей нашей экономики. Но, пока что, наши грошовые цены на землю показывают всю запущенность этого вопроса.

Таким образом, мы немного обозначили текущее состояние наших самых важных ресурсов роста: рабочей силы и земли. Здесь особенно отраден тот факт, что, задействовав ныне безработных, Кыргызстан может решать сразу обе важнейшие задачи: рост ВВП и рост благосостояния своих граждан.

Теперь вернемся к основной идее действительно работающей программы экономического развития конкретно Кыргызстана в текущей ситуации: например, чтобы обеспечить ежегодный 10-ти процентный рост ВВП, нужно создавать по 50 тысяч новых рабочих мест. Расчет тут простой: если 1 млн работающих (из числа официально занятых отнимем бюджетников и скрытых безработных) сейчас производят нынешний объем ВВП, то 50 тысяч новых мест обеспечат 5-ти процентный экстенсивный рост, и еще 5 процентов роста будет от перехода количества в качество.

При этом не нужно слишком пугаться, 50 тысяч для нас - не запредельная цифра. Из этих 50 тысяч целевыми инвестициями нужно обеспечить всего 15-20 тысяч рабочих мест, остальные образуются сами по себе за счет соответствующей инфраструктуры. Например, если появится новая фабрика на 1 тысячу работников, то появятся еще 2 тысячи рабочих мест за счете новых строек, торговли и услуг, школ, детсадов и пр. А если при региональной разбивке на Бишкек будет приходиться даже половина, то это всего 10 тыс. новых мест — всего 10 средних предприятий. Задача еще более упростится, когда мы не будем определять приоритетные отрасли. Главный приоритет — создание рабочих мест.

Как решить основную проблему — земельный вопрос? Раз не работает рыночный механизм - нужно ручное управление. Создавать комиссии или временные рабочие органы с чрезвычайными полномочиями, которые по установленным нормам (например, в городской черте Бишкека 1 га земли на 1 тыс. рабочих мест) обеспечивали бы инвесторов подходящими участками. Определить на государственном уровне земли со статусом неприкосновенных, все остальные разрешить выкупать или изымать. Показательным в этом вопросе является опыт послевоенной Японии или Сингапура.

2017-10-03 15:30:54
X
Для размещения комментария авторизуйтесь
Нет аватара
aza_sokr_ellin
11:30, 05 октября 2017
статья очень к месту