Кыргызстан в проекции лидера и государства
Кыргызстан в проекции лидера и государства
Жылдыз Урманбетова, доктор философских наук, профессор
Грядущие осенью этого года выборы Президента Кыргызской Республики не могут не волновать практически все население, учитывая не только политизированность народа, но и элементарную обеспокоенность своей судьбой в контексте судьбы государства и истории. Неслучайно, по образному выражению Н.Бердяева, постижение судьбы индивидуальной, судьбы человека отнесено к метафизике истории, поскольку внутренняя связь истории и человека носит духовный характер. В преломлении к нашей ситуации, судьба государства, несомненно, заключает в себе судьбу человека. В этом случае стабильность государства предопределяет безопасность и качество человеческой жизни.

Немаловажным моментом является тот факт, что судьба государства также зависит от лидера, который его возглавляет. Соотношение понятий лидера и государства, в более широкой транскрипции, личности и государства, так или иначе, проецирует существо эпохи. Объективные тенденции развития бытия диктуют парадигмы исторического развития, которые естественным образом оказывают влияние на существование государства. Так, если до середины ХХ века превалировала тенденция приоритета закономерностей в истории, то к концу того же столетия на первый план вышла случайность как отражение многовариантности развития в контексте потока событий, ход которых не предопределен. Это означает, что кризис модерна привел к постмодернистской интерпретации бытия и истории, когда за разрушением единого мира с его универсалистским разумом начало проглядываться новое как многообразие возможностей.

В преломлении к Кыргызстану случайность даровала нам первого Президента, это было в духе времени, в духе эпохи. Тем самым наше суверенное государство явилось одним из примеров, проецирующих действие новой парадигмы эпохи. Имидж государства строился на имидже лидера, что означало актуализацию личностного фактора: прежде муссируемый тезис о роли личности в истории как никогда получил возможность для своей реализации в контексте образования новых независимых государств.

Вместе с этим, если случайность обусловила выбор личности, призванной вести государство в независимость, то сама личность заложила основы преемственности власти на определенный период суверенного развития. Насколько совпадали цели индивидуальной самореализации лидера и общего блага как самоцели развития общества (и в целом государства), можно судить по фактам новейшей истории Кыргызстана. Бегство двух президентов как исторический факт говорит само за себя. Соответственно, несмотря на имевшие место быть единичные победы в бытии государства в той или иной сфере, общий результат не мог быть вдохновляющим. Итог первой четверти века независимости в мягком изложении можно идентифицировать как недостаточно успешный на пути построения провозглашенной демократии в контексте самодостаточности государства.

Это означает, что мы не сумели воспользоваться тем шансом, который объективным образом даровала одна из особенностей новой эпохи – кризис модерна как универсального проекта, разрушение универсальных моделей идентичности модерна и глобальное размножение локальных идентичностей обусловило возникновение нового социального порядка на глобальном уровне. Постмодернизм для многих стран (особенно незападных) означал выход за пределы периферийного самосознания. Это предполагало осмысление собственного опыта как самодостаточного, а собственных прав – как равных с более мощными державами мира. Основной лозунг постмодернизма – философский плюрализм как проекция современного мира – не был по достоинству оценен и тонко проинтерпретирован, что удалось некоторым странам, вырвавшимся вперед практически из небытия. Психология периферийности, исходящая из собственной ущербности и абсолютизации роли внешних игроков, осталась глубоко в подсознании. Эта же психология обусловила выстраивание стратегии развития государства.

По истечении четверти века мы имеем новый шанс для обретения лидера (если повезет, то харизматика), который либо продолжит традицию преемственности власти в контексте прижившейся психологии, либо, используя исторический шанс, предложит иной взгляд, а возможно и иную стратегию развития. Кто это должен быть?!

Несмотря на то, что эпоха Постмодерна продолжает свое бытие, разворачивая философский плюрализм, отдавать все на откуп случаю было бы непростительно. Случай с выбором президента сыграл роль в начале суверенного пути, было бы странно позволять ему вершить судьбой государства на протяжении всего века. Тем самым вопрос о лидере сам собой обретает стратегический характер, поскольку от имиджа лидера независимого государства будет зависеть очень многое: и возможность выстраивания отношений в мировой политике, и, что чрезвычайно важно, необходимость адекватного определения потенциала внутреннего развития. Обретет или потеряет свое направление внутреннее развитие государства, будет зависеть и от имиджа, личностного потенциала, интеллектуального и культурного уровня новоявленного лидера.

В данном случае вновь актуализируется дилемма о возможности и необходимости совпадения интересов и целей развития лидера и народа в целом, что естественным образом скажется на развитии государства. Одновременно с этим необходимо заметить, что судьба государства не может находиться только в одних руках, руках нового Президента. В данном случае можно прибегнуть к насчитывающей несколько веков пословице о том, что каждый народ достоин своего лидера. Это означает, что адекватность выбора зависит и от уровня политической культуры населения. Несмотря на существующие сегменты в политической культуре, можно предположить, что общий уровень политического сознания вырос, и по логике вещей, он должен сказаться на качестве выбора лидера. Но это теоретически, что покажет практика пока неизвестно, поскольку наряду с ростом политической культуры остаются в силе традиционно-психологические моменты предпочтений.

Последнее десятилетие ХХ века представило конфликт источником непрекращающихся социальных изменений, получивших взлет и в первом десятилетии XXI столетия. Кыргызстан преуспел и в данном контексте: конфликт интересов политических сил вылился в перманентную стратегию существования. И сегодня, перейдя рубеж четверть векового развития в бытии суверенитета, мы не можем похвастаться единством взглядов, интересов и целей в преломлении к стратегии государственного развития. В этой связи развитие личности идет не благодаря, а вопреки обществу. Как считал Р.Рорти, центральным в этом контексте становится провозглашение автономии и свободы личности, принципиально противоположные потребностям массы. Так было в первые два десятилетия существования Кыргызстана в качестве независимого государства. И сегодня, как бы ни уверяли многие личности на политическом небосклоне Кыргызстана, потенциально считающиеся претендентами на роль главы государства, о своих искренних намерениях и пристрастии к интересам народа, истинного, глубинного единения народа и власти пока не происходит.

Если присмотреться, то большинство политических лидеров, потенциально стремящихся к предстоящим выборам, это те, кто осуществлял переход Кыргызстана из постсоветского государства в демократическое. Это те, кто вынес на себе большой груз ответственности за переход (вопрос о качестве – уже совершенно другой вопрос), и им надо отдать должное, несмотря на существовавшие и существующие противоречия в обосновании качества жизни. Однако, по логике вещей, те, кто предположительно будет строителем новой волны, это другие. Почему?! Потому что, как свидетельствует история, чаще всего, те, кто совершают переход от одного этапа в другой, тем самым осуществляют свою историческую миссию, выполняя самую сложную, противоречивую, порой неблагодарную, но при этом необходимую работу. Об этом говорят и теоретики. К примеру, О.Тоффлер, говоря о построении цивилизации третьей волны, считал, что переход осуществляют особые люди, тонко чувствующие перемены.

Перед истинными строителями нового этапа также стоит задача повышенной исторической ответственности, однако это другого плана задача. Применительно к Кыргызстану это означает, что те личности, которые были в этой обойме переходников и которых в последнее время не балует политическая арена, скорее всего, относятся к разряду «исполнивших свой долг». Возможно, имеет смысл не зацикливаться на вечном переходе и уже начать творить свою новейшую историю в контексте созидания обновленного имиджа государства. В этом случае должна измениться специфика государственного мышления. Означает ли это, что востребована новая когорта творцов политической истории Кыргызстана? Несомненно.

«Переходникам» необходимо отдать дань уважения, учитывать их мнение в строительстве нового этапа, использовать их опыт в оценке совершаемых преобразований. Тем самым в реальности должна проявиться преемственность власти: самые сложные четверть века прошли, наступает новая четверть, долженствующая ознаменоваться принципиально новым пониманием существа преобразований, осознанием существа стратегии и тактики их внедрения в повседневную жизнь общества. Насколько понимают это сами «переходники» сказать сложно, остается только уповать на характер государственности их образа мышления.

Есть ли такие лидеры новой волны?! Есть ли политические силы, способные выдвинуть новых героев, покажет время. Есть ли личности, способные предложить кардинальное изменение стратегии развития государства, осознанно вести к благой цели, сказать трудно. При этом необходимо отметить, что растет критическая масса тех исследований, идей и предложений, которые касаются рассмотрения возможности использования элементов традиционной культуры и знания в развитии современного общества и государства в целом. Одновременно с этим, на уровне государственной политики присутствует признание необходимости обращения к истории и культуре. Это означает, что тот факт, о котором было упомянуто выше – осознание собственного опыта как самодостаточного, набирает силу.

Вместе с тем зацикливаться исключительно на традиционной культуре, представляя ее как ноу хау современности, без соотношения с ветром перемен, ветром исторической эпохи было бы недальновидно. Настаивание на самобытности не должно пониматься как абсолютизация всего доисторического, не должны забываться элементы функционализма и здоровой прагматики. Насколько мы готовы представить модель развития Кыргызстана, базирующуюся на этом самом опыте с акцентом на специфику ментальной культуры и отвечающую требованиям исторического времени, пока не ясно. Совпадет ли эта модель с появлением того лидера, который сумеет реализовать новую стратегию развития республики в ближайшем будущем – тоже весьма риторический вопрос.

2017-02-15 12:03:36
X
Для размещения комментария авторизуйтесь
Нет аватара
kilmister
14:59, 15 февраля 2017
Посмотрим, кто еще баллотироваться будет. Ни за кого из старой когорты бабановых-сариевых-торобаевых голосовать точно не буду. Про Акуна, думаю, даже упоминать не стоит, этот просто клоун.
Нет аватара
tusha
12:09, 15 февраля 2017
есть и такие лидеры? и будут ли? во власть ломятся все бывшие, засвеченные, перекрасившиеся, находившие общий язык со всеми бывшими ханами.........