Действительно ли провалилась судебная реформа?
Замира Макиева
«Власть признала провал судебной реформы» - такой заголовок в очередной раз замелькал в СМИ в ноябре 2015 года.

Причиной тому стало выступление Алмазбека Атамбаева перед парламентом страны. Президент в своем обращении к депутатам 6-го созыва Жогорку Кенеша с нескрываемой горечью отметил, что «объективность и чистота судей остаётся открытым вопросом», а создание Совета по отбору судей для решения этой проблемы «не оправдало себя».

Был ли провал?

Надо признать, что подобная характеристика проводимой судебной реформе присваивается не в первый раз. И даже не первый год. Подавляющее большинство экспертов в области права неоднократно указывали на недочеты в проводимой реформе.

Юрист Нурбек Токтакунов заявлял, что «нынешний состав Верховного суда ничем не отличается от прежнего». А его коллега Эрик Ирискулбеков и вовсе заявил, что новоизбранные суды и их решения могут стать причиной третьей революции или госпереворота.

Разумеется, правозащитники ожидаемо, остры и даже бескомпромиссны в своих оценках. Государственные деятели и сами представители Фемиды, напротив, высказывались более обтекаемо и осторожно. И вот, наконец, страна услышала оценку главы государства: суды, сказал он, нечисты на руку, а сама система «не сбалансирована».

Для СМИ это заявление из уст президента Атамбаева стало достаточным для того, чтобы стать чем-то вроде вердиктом конечной инстанции. Некой точкой невозврата в дебатах о перспективах реформы, которая продолжается и по сей день. Ведь президент — не просто сторонний наблюдатель этого исторического процесса, а его непосредственный инициатор. Его указом реформа официально началась в Кыргызстане в январе 2012 года.

Однако, если внимательнее изучить цитату Атамбаева, то, кажется, что выводы журналистов были в некотором смысле были скоропалительными. Возникает вопрос: действительное ли Атамбаев признал тупик реформы? И самое главное — действительно ли реформа однозначно и бесповоротно завершилась бесславным поражением?

Здесь стоит разобраться в самой природе судебной реформы.

А судьи кто?

Большинство обсуждений, связанных с реформой судебной системы, сводятся к обсуждению качеству работы судей. Критике подвергается процесс формирования судейского корпуса, а также независимость и справедливость принимаемых ими решений. Но важно учесть, что отбор судей с высоким реноме — лишь вершина айсберга всей реформы.

Разумеется, мало кто поспорит с тем, что судьи являются венцом в системе правосудия. Но необходимо понимать, что судьи — это люди, которые принимают решения в рамках установленной правовой системы. Судьи оперируют информацией, которую они получают от обвинителя и защитника. Те в свою очередь получают информацию от следственных и правоохранительных органов.

Каждому судебному процессу предшествует колоссальная работа цепочки системы правосудия. Было бы наивным полагать, что, изменив состав судейского корпуса, можно в одночасье полностью переформатировать весь механизм правосудия.

Реформа судебной реформы – занятие достаточно неблагодарное. Ведь в конечном счете главной целью является установления верховенства закона и справедливости. А это работа не на год и, возможно, даже не на десять. И уж точно изменение состава судей в судах не является панацеей.

Кто с вором живет – научится воровать

Следует задаться риторическим вопросом: каким образом скажется оправдательный приговор на обвиняемом, если тот немедленно выйдет на свободу из зала суда, но при этом успел провести полтора года в СИЗО? Безусловно, это будет совершенно другой человек. Невиновный гражданин неизбежно окунется в мир преступной ментальности. Его сознание изменится навсегда.

Переступая порог любой камеры заключения, гражданин перестает мыслить правовыми нормами и переключается на так называемые «понятия». Восточная пословица «кто с вором живет – научится воровать» обретает в этом случае более глубокий смысл.

Нередко человек, укравший медный тазик для его дальнейшей сдачи на цветной металл, мог пойти на этот шаг, чтобы банально не умереть с голоду. За неимением другого источника пропитания. Другими словами, мотивы его могут быть не криминальными, а экономическими. Нищета как источник преступности.

Тогда задача государства – не только повысить уровень благосостояния граждан. Но и сделать так, чтобы «случайные» преступники вновь не ступили на тропу правонарушений.

Отсюда вытекает другой вопрос. Действительно ли наши исправительные учреждения и система исполнения наказаний работают во благо общества? Есть ли шанс у граждан, содержащихся в местах не столь отдаленных, выйти на свободу людьми нравственными и законопослушными? А главное – осознавшими свою вину и нежелающими вновь переступать закон.

К сожалению, официальная статистика Кыргызстана из открытых источников не дает точное число рецидивов. Однако, практичный взгляд на ситуацию дает основания полагать, что из «черного» мира сложно выйти человеком с белым мышлением.

Лучшая защита – подкуп?

Или попробуем взглянуть на другие процессы, предшествующие символическому удару молотком при зачтении вердикта.

Через что приходится пройти любому человеку, попавшему под государственное обвинение в уголовном деле?

Кинематографическая романтика рисует нам ставшие штампами фразы: «Вы имеете право на адвоката», «У вас есть право на телефонный звонок», «Доказательства, собранные с нарушениями закона, недействительны в суде» и многие другие.

Но на деле в Кыргызстане все происходит гораздо прозаичнее. Правоохранительные органы фабрикуют дела и доказательства. Прокуратура выступает не в качестве органа правосудия, а инквизиционно настроенной стороной обвинения. Суды слушают доводы прокуроров и едва ли не открыто берут взятки у адвокатов.

Во всей этой бесчестной и циничной цепочке адвокаты – те, от кого зависит судьба подсудимых, - выступает не более, чем базарными «разводилами».

Даже если обвиняемому посчастливилось попасть в поле влияния неподкупного и справедливого судьи, он проходит через множество кругов ада. Исполнительно-процессуальных кругов ада, выражаясь точнее.

И какой в этой ситуации шанс адвоката на успешную защиту своего подопечного, если целая государственная машина работает против него одного? Как быть эффективным защитником в карательной системе правосудия?

Так был ли все-таки провал?

Возвращаясь к словам президента, хочется переспросить: был ли провал реформы или нет? Можно ли расценивать слова президента как провал или нет?

Провал был в попытке сформировать неподкупный и независимый судейский корпус. Невооруженным глазом видно, что правосудие в стране избирательно, а судьи нередко превращаются в марионеток политических и экономических интересов.

С другой стороны, совершенно очевидно, что обновление судей – это первый и, страшно представить, самый простой шаг судебной реформы. Впереди страну ожидают следующие, более масштабные реформы: изменение норм уголовного, уголовно-процессуального, административного и других кодексов. Огромные законодательные перемены, которые формируют среду для жизнеспособной системы правосудия. В этой среде судьи являются лишь частью механизма.

Тогда выходит, что истинная судебная реформа только начинается, и она не в руках судей.

Так в чьих же она руках?

Ответ на этот вопрос может перерасти в отдельный философский диспут. Но если констатировать очевидное, то можно перечислить простейшие условия успешной реализации судебной реформы.

Граждане доверяют власти. Интересы граждан в судах представляют сильные адвокаты. Условия содержания граждан в СИЗО, колониях и тюрьмах ведет к исправлению и последующей успешной адаптации граждан в обществе. Милиция и прокуратура своей целью ставит не заключение человека под стражу, а достижение справедливости. Все граждане страны мыслят в рамках правового поля. Граждане живут по законам, а не по «понятиям».

Эти условия звучат декларативно, в некоторой степени идеалистично, а, может, даже и наивно. Но это лишь признак того, что судебная реформа – это не та задача, которую можно полностью поручить своему правительству и ждать успешного результата.

Успешное общество с правовым мышлением начинается в семье, продолжается в учебных заведениях и упирается в систему нравственных ценностей каждого человека. Если родители не научат ребенка тому, что воровать – это плохо, Уголовный кодекс никогда не станет препятствиям для этого человека в будущем.

Это вовсе не значит, что с властей слагается ответственность за провал в формировании судейского корпуса. Это значит, что судебная реформа без участия каждого гражданина не только невозможна, но и бесполезна.

2016-01-26 12:37:10
X
Для размещения комментария авторизуйтесь